Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Главные герои произведений — Калиновский и репрессированные друзья. Пять пунктов о величии этого классика беларусской литературы
  2. «Это демонстративное унижение». Спросили у эксперта, почему КГБ взял под крыло Лицей БГУ
  3. «Могилев, че за взрыв?» В Threads обсуждают возможный дрон — спросили в МЧС, что это было
  4. «Взяла телефон Романа — и увидела переписку c бывшей женой, она отправляла ему фото нижнего белья, своего тела». Большое интервью Софьи Сапеги — часть вторая
  5. Не в консульствах. Где будут брать отпечатки пальцев у беларусов с иностранными ВНЖ и паспортами
  6. Сын главы МВД возглавил Центральное РУВД Минска
  7. Пять лет назад эта беларусская компания громко разорвала контракт с немецким брендом. Теперь ей грозит банкротство
  8. Власти подмяли под себя электронные обращения, а когда пошли жалобы в соцсетях — стали угрожать. Эксперт — как быть людям в этой ситуации
  9. Власти Беларуси планируют открыть авиасообщение с США


Канцлер ФРГ Олаф Шольц отказался комментировать «Радио Свобода» возможный обмен осужденного в Германии предполагаемого офицера ФСБ Вадима Красикова на приговоренного в Беларуси к смертной казни гражданина Германии Рико Кригера и осужденных в России американских журналистов.

Рико Кригер. Фото: аккаунт мужчины в Telegram
Рико Кригер. Фото: аккаунт мужчины в Telegram

Корреспондентка «Радио Свобода» спросила Олафа Шольца, в частности, о возможных правовых и политических условиях, при которых канцлер согласился бы на подобный обмен.

— Принцип соблюдения государственных интересов не позволяет мне спекулировать на подобные темы, — ответил канцлер ФРГ.

Ранее об обсуждении вариантов обмена Красикова сообщал ряд мировых СМИ. Среди имен, которые назывались как кандидатуры для обмена, упоминался арестованный в России журналист газеты The Wall Street Journal Эван Гершкович.

Гершкович 19 июля был приговорен судом в Екатеринбурге к 16 годам колонии по обвинению в шпионаже. Допрос свидетелей и изучение доказательств заняли у суда один день. Гершкович вину отрицает. Его коллеги, международные правозащитные и журналистские организации уверены, что он был осужден исключительно за свою профессиональную деятельность.