На встрече с беларусами Вильнюса Виктор Бабарико рассказал, что с февраля этого года у него нет никакой связи с сыном. Политик подчеркнул, что считает осужденного на десять лет колонии Эдуарда заложником. Действительно, Бабарико-младший остается за решеткой, хотя власти уже освободили ключевых лидеров протеста. Почему в таком случае не спешат «помиловать» сына экс-участника предвыборной гонки и может ли это измениться? Журналист Глеб Семенов задал эти вопросы аналитику Артему Шрайбману в новом выпуске нашего шоу «Как это понимать».
— В Беларуси прошло несколько волн освобождения политзаключенных при посредничестве США, освободили даже самых ярких лиц протеста двадцатого года, но не освободили Эдуарда Бабарико, которого, кажется, преследуют просто за фамилию. Почему так и почему он все еще в тюрьме?
— Ответ на поверхности, о нем все говорят: нужен рычаг давления на его отца. Ты понимаешь, что не перейдешь какие-то границы, когда у тебя сын в заложниках. Это довольно очевидно.
К тому же искать логику во всех этих освобождениях на самом деле невозможно. По делу TUT.BY: Марина Золотова вышла, Людмила Чекина сидит. По делу так называемых аналитиков Тихановской: Валерия Костюгова вышла, Татьяна Кузина сидит. Из популярных беларусских блогеров Эдуард Пальчис и Игорь Лосик вышли, Павел Белоус сидит. Среди журналистов тоже около десяти выпустили за последнее время, около двадцати продолжают находиться в тюрьме. Логики, что какая-то категория должна быть полностью освобождена, я не вижу. Они это делают, видимо, рандомно, во многом опираясь на то, кого просят отпустить американцы.
При этом я думаю, что ничего сакрального в Эдуарде Бабарико для власти нет. Если они освободили Тихановского, Статкевича, Северинца, Бабарико, Колесникову — они освободят и Эдуарда, если процесс действительно дойдет до большой сделки. Просто есть желание помучить.
— Спецпосланник США Джон Коул обещал снова приехать в Минск в ближайшее время. Каждый его визит сопровождается освобождением новой партии политзаключенных. Есть ли вероятность, что во время следующего приезда освободят Бабарико, или все-таки будут его держать дальше, чтобы иметь рычаг давления?
— Я не предскажу точную последовательность. Есть много людей, которых вообще пока не начали освобождать, например бывшие силовики. Явно, что к ним очень жесткое отношение. Или те, кто обвиняется в насильственных действиях: нападении на милиционеров, подготовке терактов, каких-то заговоров. Наверное, за исключением уже освобожденных Александра Федуты и Юрия Зенковича, которых судили по «делу о госперевороте». Остальные, кто каким-то образом применял силу, планировал это, был задействован в каких-то оперативных играх а-ля покушение на Азаренка и дом Гайдукевича, — эти люди отсидят до конца.
Тут вопрос: их будут до последнего держать или их вообще не отпустят, потому что они для власти враги? Добровольцы, которые воевали за Украину, тот же Веремейчик. Или же все-таки до них тоже скоро дойдет очередь? Мы этого не знаем.
Но понятно, что какие-то категории они оставляют напоследок, чтобы этих людей по максимуму домучить, отыграться за то, что они в глазах власти наделали. Является ли Эдуард частью этого пула — не уверен. Он все-таки проходит по линии политических активистов, и поэтому думаю, что у него выше шансы выйти быстрее, чем у Николая Автуховича, например, которого объявили чуть ли не главным террористом, готовившим вооруженное восстание.
При этом, когда мы это все кладем на чашу весов большой сделки с США, думаю, что все эти политзаключенные могут быть освобождены. Раз начали с лидеров оппозиции, то недопустимых людей для освобождения нет.
Читайте также
Поблагодарить за статью