На прошлой неделе силовики провели в Беларуси новую волну обысков. Они пришли в квартиры родственников людей, вынужденно покинувших страну. Поводом стало участие выехавших в праздновании Дня Воли за границей. Можно ли считать такие действия транснациональными репрессиями, за которые должна наступить ответственность в Международном уголовном суде? «Зеркало» спросило об этом у юристов.
21 мая стало известно об обысках в квартирах людей, уехавших из Беларуси. По данным правозащитного центра «Вясна», как минимум часть из них связана с участием активистов в праздновании Дня Воли в Варшаве и Вильнюсе. Как рассказала «Зеркалу» юристка организации Светлана Головнева, правозащитникам известны имена 14 человек, у родственников которых прошли обыски. Однако реальный масштаб, по ее мнению, может быть значительно больше.
— Если смотреть на предыдущий опыт, например, когда мы собирали информацию об обысках у кандидатов в Координационный совет, далеко не все сообщали об этом. В основном это делали те, кто меньше всего боялся и был более публичным. Думаю, здесь такая же ситуация. Что касается причин, то в 99% случаев это связано с участием в праздновании Дня Воли в Вильнюсе и Варшаве. Мы сообщали о Владимире Лабковиче — он участвовал в акции в Вильнюсе. Практически все остальные люди, о которых нам известно, также были на этих мероприятиях, — сообщила Головнева.
Правозащитница считает, что преследование властями своих граждан за активность за рубежом через давление на оставшихся в стране родственников подпадает под определение транснациональных репрессий. Светлана Головнева уверена, что последняя волна обысков — яркий пример именно такой практики.
— Да, это стопроцентно транснациональные репрессии. В принципе, все, что власти делали раньше в отношении участников Дня Воли или других мероприятий, — возбуждение уголовных дел, заочные суды, арест имущества — все это транснациональные репрессии. Людей преследуют за то, что они реализуют свои права не в Беларуси: право на мирные собрания, выражение своего мнения. Принудительная высылка политзаключенных — это тоже транснациональные репрессии, — подчеркивает правозащитница.
С этим согласен и юрист, бывший адвокат Дмитрий Лепретор. По его словам, обыски — часть системной политики по запугиванию активистов, покинувших страну.
— Подобные действия со стороны силовых структур можно рассматривать как часть транснациональных репрессий. Это не впервые, когда режим пытается распространить репрессивные практики за пределы Беларуси. Речь идет и о так называемых заочных судах против политических оппонентов и гражданских активистов, и о давлении на родственников, оставшихся в Беларуси. Очевидно, что цель таких действий — это запугивание граждански активных беларусов и беларусок, вынужденных покинуть страну.
При чем здесь Международный уголовный суд?
В марте 2026 года прокуратура Международного уголовного суда (МУС) в Гааге начала официальное расследование действий беларусских властей. Поводом стало обращение Литвы, которая попросила суд рассмотреть возможные преступления против человечности, в том числе депортацию и преследование людей по политическим мотивам.
Расследование стало возможным, поскольку часть предполагаемых преступлений (например, принудительное перемещение людей) начиналась в Беларуси, а завершалась на территории Литвы — участницы Римского статута, который регулирует деятельность МУС. Именно такие преступления называют транснациональными.
По мнению Дмитрия Лепретора, новая волна обысков может стать частью этого расследования, так как демонстрирует систематический характер преследований.
— Подобные случаи могут рассматриваться МУС в совокупности с другими фактами преследования и запугивания гражданского населения. Это часть общей картины систематического преследования политических оппонентов. Важно подчеркнуть, что расследование МУС по ситуации «Литва — Беларусь» касается преступлений против человечности, включая депортацию и преследование, которые начались на территории Беларуси и были завершены либо продолжены на территории Литвы. Поэтому, если речь идет о преследовании и запугивании родственников лиц, находящихся в Литве, такие действия потенциально могут получить соответствующую правовую оценку и квалификацию в рамках расследования МУС, — объясняет Лепретор.
Напомним, расследование МУС охватывает события начиная с 1 мая 2020 года. Для рассмотрения дела была сформирована Палата предварительного производства, в которую вошли три судьи: Юлия Моток (Румыния), Рене Алапини-Гансу (Бенин) и Сокорро Флорес Лиера (Мексика). Именно они будут решать вопрос о возможной выдаче ордеров на арест.
Поблагодарить за статью